old_pionear | СП В СП. Параллельный мир

Пару лет назад я написал свои впечатления от 5-дневной поездки в Санкт-Петербург и назвал все это кратко: "СП в СП". Краткость - не моя сестра, поэтому все повествование уложилось во "Вступление" и 23 части. Каждая часть этой эпопеи начиналась и заканчивалась эмоциональными "скобками" - текстом про какого-то странного Человека. Напрямую эти "скобки" не связаны с основным текстом, но в какой-то мере ассоциативная связь присутствует. Кроме того они еще и связывали друг с другом соседние главы.
Как-то

kassandra_k предложила мне собрать все эти "скобки" вместе в один текст. Тогда я отнесся к ее предложению без особенного энтузиазма, потому что и писалось это все не как единый текст, и привязано было (вроде бы) совсем к другому контексту. Но тогда у меня не было ЖЖ. А теперь есть (опять же, благодаря Кассандре). Вот я и решил вывалить все это хозяйство сюда. Текст, конечно сумбурный, но что тут говорить; получилось то, что получилось.

Путь к...

Небо смотрело на человека. Человек смотрел на небо. Он не моргал, пытаясь одержать победу в этой нелепой детской игре. Небо не играло. Оно лениво моргнуло полоской заката и превратилось в Пустоту. Где-то там, в высасывающей непроглядности были звезды. Человек знал это наверняка. Он опустил голову, подхватил дорожную сумку и отправился туда, где кроме Неба был кто-то еще. Последнее, что путешественник сделал в этом мире - улыбнулся, обернувшись назад и не увидев ничего...

Он с трудом удерживал равновесие. Ноги скользили по зеркальной поверхности, голова кружилась от обилия света. Даже прикрытые веки не помогали сосредоточиться. Человек покрепче сжал ремень сумки и широко открыл глаза. «Главное – помнить, куда идешь» – он заставил себя облечь в простые слова почти растворившуюся мысль. И страх стал отступать. А ведь сначала была почти паника: «Как же в этом ослепительном безумии отличить одно от другого? Ведь это та же пустота, только другого цвета!» И первым появился Звук.

Звук словно бы выпрыгнул из черепной коробки и обрел материальную оболочку. Он встал на цыпочки, надул щеки, а потом… прыснул тоненьким смешком: «Разве можно быть здесь таким серьезным?» Человек вздрогнул и заморгал, не веря происходящему. Его учили с детства, что звук можно услышать, но кто его видел? Звук хихикал и хлопал себя по щекам: «Хочешь, я познакомлю тебя со своими родителями?» Это было уже слишком, и Человек улыбнулся. Он не хотел улыбаться, но… родители. Бесконечная равномерность света за спиной у Звука стала распадаться на отдельные полоски, точки, мигания. Звезды? Человек спрятал улыбку и шагнул им навстречу.

А это были не звезды! Он уже почти поверил, но сейчас отчетливо видел, что прямо перед ним на тончайших струнах висели самые обыкновенные лампочки. Только форма у них была странная. Струны растворялись прямо в ничём. Звук дернул коготком одну из них, и лампочки, висевшие на этой струне, замигали. «Как просто…» – почему-то с разочарованием подумал Человек. Звук все еще прыгал вокруг и забавлялся со струнами, но Человек смотрел мимо и ждал какого-то знака. Знака не было, но в стороне от мигающих огоньков проступала неясная тень. «Да не трещи ты!» – одернул Человек неугомонного спутника. Звук стих, сжался, словно от удара в солнечное сплетение, и молча отвернулся. Человек даже не заметил, что у него самого на месте рта появился свежий, быстро затягивающийся шрам.

Звук медленно опускался под ноги Человеку, но тот продолжал смотреть в ту сторону, где ему показалась тень. В ней было что-то знакомое, но давно забытое. Тень окончательно растворилась в пустыне света, оставив только легкое воспоминание на сетчатке глаз. Стало светло, тихо и жутко. Человек озадаченно смотрел себе под ноги, наблюдая, как съеживается и исчезает последнее, что отличалось от Света и Человека – умирающий Звук. Это было странно, но никакой вины Человек не чувствовал. Он пришел сюда не для того, чтобы встретить еще один бестолковый звук. Ему хватало шумной суеты и там, откуда он сюда прибыл.

Сумка уже начинала оттягивать плечо, а путник вовсе не продвинулся к цели своего путешествия. Неожиданно за спиной кто-то тихонько хохотнул. Не может быть! За спиной корчился в немом приступе смеха Звук. «Я сам видел, как он умер и исчез», – подумал Человек, раздраженно теребя замок своей сумки. «Глупенький» – разгадал мысли Человека Звук: «Разве звук может умереть? Говорят, что вначале было Слово, но это полная ерунда. Вначале был звук, из которого появилось слово. Звук – это начало, а тишина – конец. Ты разве слышишь конец? Хи». Спорить с неубиенным звуком Человеку хотелось меньше всего, но зато он увидел, что источник его раздражения не стоит на месте, а постоянно прыгает по блеклым серым полосам. Под ногами у долговязого пересмешника были самые настоящие тропинки, – пусть и с размытыми краями, – разбегающиеся в разные стороны. Человек, не раздумывая, – словно боялся собственных сомнений – шагнул на первую попавшуюся тропинку и быстро зашагал по ней, сопровождаемый неугомонным Звуком.

Шагать пришлось недолго. Сначала тропинка словно бы зависла над пустотой, а потом разлилась в огромное грязно-коричневое пятно. В самом центре, словно трон, возвышался мусорный бак – первый осязаемый предмет, значение которого было известно Человеку. Бак был пуст, но к его ручке веревкой был привязан истершийся алюминиевый половник. Звук, молча сопровождающий Человека, встрепенулся и легонько толкнул своего спутника в плечо: «Давай, смелее». Раздраженно поведя плечом, Человек взял половник и шлепнул им по мятому боку «мусорки». Звук ловко подхватил раздавшийся глухой стук и начал разбрасывать его эхо вокруг себя. Человек закрутил головой: по сторонам вокруг пятна, на котором он стоял, стали появляться многочисленные прямоугольники. «Это же окна!» - догадался растерянный Человек.

Надо же было проделать такой длинный путь, чтобы увидеть обыкновенные окна! Все еще не теряя надежды, он подошел к ближайшему светящемуся прямоугольнику и прижал нос к пыльному стеклу. Внутри была кухня. Какая-то фигура, похожая на его тетку, помешивала в кастрюле половником. Точно таким же, какой висел на мусорном баке. На столе между двух грязных тарелок лежал большой кусок сыра. На сыре кто-то синим фломастером старательно вывел «14». От обиды хотелось плакать. Еще больше хотелось кричать. И тут Человек с ужасом обнаружил, что не может проронить ни звука! Он даже рот открыть не может!! «А-а-а!!!!!!» – раздался над ухом чей-то вопль.

Звук с улыбкой смотрел на Человека: «Это я за тебя крикнул, чтобы тебе силы не тратить. Они еще понадобятся. Наверное». «Сволочь!» – подумал Человек и понуро побрел из этого серого круга, который оказался обычным городским двором. Через какое-то время он поднял голову и поразился: двор никуда не исчез. Он просто изменился. Человек ускорил шаг, пытаясь дойти до границы грязного пятна, но будто бы проскальзывал на месте. Зато все вокруг менялось тем быстрее, чем шире становились его шаги. Человек остановился. Перед ним колыхалась на вид шелковистая завеса, из-за которой раздавалось мерное пошлепывание. Еще немного, и оттуда прямо под ноги Человеку выкатился черный коротышка, круглый, как сгнивший апельсин. В животе у него хлюпало. Колобок комично припал на колено и произнес: «Ритм к вашим услугам!»

Неожиданно Человеком овладело какое-то тупое безразличие. Лишь ремень его дорожной сумки напоминал о призрачных надеждах и желаниях. «Ритм? Ну и Джа с ним…» - мысленно ввернул неизвестно откуда взявшееся Имя странник. Невидящим взглядом он смотрел сквозь нового попутчика. «Кстати, а почему я решил, что этот полурасплавленный Чупа-Чупс будет моим попутчиком?» Человек более осмысленно взглянул на тех, кто стоял рядом. Пара была на удивление гротескной и представляла самый классический штамп: длинный худой и короткий толстый. Не пара, а полная гармония. Толстяк хлопал себя ладошами по щекам, Звук тараторил про какую-то Звезду, а Человек думал: «И кем же я являюсь в этой нелепой, но страсть как гармоничной троице?» Мысль была простецкая, но ответ все никак не приходил. Говорить с этими клоунами не хотелось совершенно.

Автоматически перебирая ногами, Человек двигался за своими проводниками. Двор уже давно исчез, вокруг выстроились странные конструкции из полупрозрачных плит со светящимися прожилками. Звук то и дело запрыгивал на самые низкие, и изображал то ли Орфея, зовущего Эвридику, то ли Мальчика С Горном. Ритм радостно кивал головой и утробно ухал, издавая совершенно невообразимый звук, схожий разве что с одновременным биением миллиона сердец, бьющихся вразнобой.

Когда под ногами разбилась банка с жидкостью, похожей на люминесцентную краску, Человек остановился и посмотрел вокруг осмысленным взором. Это была Свалка. Свалка светового мусора. Звук согнулся пополам и заглянул в глаза Человеку: «Алло! Я уже полсвета пытаюсь привлечь твое внимание. Хочешь на звезду поглядеть?» Ритм тут же растопырил ноги и руки и начал медленно пульсировать: умх-…-умх-…-умх. Человек поднял моток светящейся шерсти и швырнул в толстяка. Потом медленно повернулся к Звуку и молча кивнул головой. «Тогда прыгай за мной!» – крикнул долговязый фигляр и сиганул через плиту, мерцающую ядовито-зеленым.

Лезть в эти субиндустриальные заросли не хотелось, но стоять на месте, и глазеть на бултыхающееся тело Ритма было еще хуже. Человек полез туда, где несколько секунд назад скрылся Звук. Светящиеся геометрические фигуры словно бы остались в другом мире. Человек стоял посреди какого-то сада. Слабое свечение сквозь щели в оставленных позади конструкциях позволяло разглядеть смутные очертания деревьев и висевших на ветках плодов. Ноги путались в невидимой траве (или это были погасшие обрывки некогда светящихся шерстяных клубков?). Все остальное было во власти Тьмы. Звук на цыпочках подошел к Человеку и прижал палец к своим губам, давая знак молчать тому, кто и без того не собирался ничего говорить. Потом палец медленно оторвался от губ и начал подниматься.

Рука Звука вытягивалась, пока палец не нашел нужную цель в окружающем Ничто. Далеко в неизмеримой глубине темной выси летел источник света. Маленький и одинокий, он летел навстречу им. Человек это знал наверняка, хотя точка не увеличивалась в размерах. Человек зачарованно смотрел, задрав голову, на бесконечное стремление одиночества. Даже звук замолчал и деликатно отошел на несколько шагов в сторону. Тишину встречи нарушало только приглушенное пыхтение: это Ритм безуспешно пытался преодолеть преграду, чтобы присоединиться к своим попутчикам. Наконец, Звук решил, что молчания было отмерено вдоволь, и произнес утвердительно: «Но ты ведь пришел сюда не за этим». Его сучковатые пальцы сцепились на запястье Человека, который все еще не мог насмотреться на одинокую звезду. «Пойдем. Тут есть и другие звезды». А за их спинами умирало маленькое пятнышко света. Наверное, потому что оставаться в одиночестве на безграничном экране темноты невыносимо. Человек обернулся и подумал о своем телевизоре, который остался в далеком «было»: он тоже всегда после выключения дарил Человеку напоследок блик на сетчатке глаза. От этой ассоциации ему стало совсем не по себе, и он поспешил перемахнуть преграду вслед за Звуком.

Звук растерянно чесал макушку: Ритм лежал, опрокинувшись навзничь, и только капли зарождающегося дождя напоминали о том, что в этом мире что-то живет в определенном ритме. Звук держал своего товарища за пухлую ладошку. «Наверное, первый раз в жизни вижу безмолвный звук» – мелькнула мысль в голове Человека. Стараясь не шуметь (ирония судьбы – прятать звуки от Звука), путник повернул налево и пошел по тропе, исчезающей в сером тумане. Тропа вильнула влево, потом выгнулась горбом и заставила Человека преодолевать подъем.

Тропа, словно женщина, ластилась к идущему по ней, а он лишь потел и сопел. Все происходило молча. Сходство со вполне земными радостями добавилось, когда серый туман, окруживший Человека сразу за первым поворотом, начал темнеть, пока не слился с полной темнотой. Лишь тропа белела теплом простыни. Черная дорожная сумка, уютно чувствовавшая себя без света, словно издевалась над Человеком. Она становилась тяжелее с каждым шагом и не давала забыть о себе ни на секунду. Но ведь нужно куда-то складывать пройденный путь, если хочешь, чтоб он не был бесцельным? По этой причине Человек только крепче прижимал ее рукой к боку. Может быть, сумка сейчас была для него самым дорогим на свете. Света, собственно говоря, и не было, но его присутствие ощущалось сильнее, чем окружающая темень. Поэтому Человек совершенно не удивился, когда увидел впереди светящееся пятно. Тропинка забрала вверх еще круче.

Путь не всегда означает обязательное наличие вожделенной цели в конце его. Нередко путь сам по себе значителен и интересен. Вот и сейчас Человек, затаив сбивающееся дыхание, не торопился узнать, что впереди, а опустил взгляд под ноги и наслаждался каждым шагом, сделанным вверх. В ушах звенела тишина, но какой-то легкий шум – даже не шум, а эхо тишины – размывал высокую тональность звона. Упоительное состояние предвкушения не могло длиться вечно. Человек остановился, еще один раз впитал глазами темноту, еще один раз вслушался с напряженным усилием в тишину (легкая боль доставляла скорее удовольствие, нежели неудобство) поднял голову и решительно зашагал вперед.

Равномерный шум словно вливался в уши из бездонного кувшина звуковых эффектов. Темнота отступила перед оформившимся пятном света, вокруг которого все разрастался туманно-серый ореол. Тропинка забирала вверх все круче, и вскоре превратилась в крутую лестницу с ребристыми ступенями. Идти становилось все тяжелее, но предчувствие Открытия гнало Человека вперед с удвоенной энергией. Колени похрустывали, спина ныла, а ремень сумки, кажется, вознамерился оторвать плечо. Человек уже не видел впереди свет, поскольку перед глазами плясали мириады цветных пятен, поселившихся на радужной оболочке его глаз. И вот, когда уже, казалось, сил на следующий шаг не осталось вовсе, он понял, что лестница движется.

Это был самый обыкновенный эскалатор. Точно такой же, как тот, на котором Человек тысячи раз поднимался к выходу со станции метро «Университет». Только лента одна, и по бокам нет ламп. Ступени ехали вверх бесшумно и вкрадчиво. Сердце учащенно забилось в предвкушении близости развязки, но ускорить событие бегом по движущимся ступенькам наверх (как это не раз происходило на станции «Университет») было невозможно: силы окончательно оставили его. Оставалось только одно – ждать, когда лестница-чудесница сама привезет его к пункту назначения. Человек засопел, – это была единственная возможность физически проявить свое нетерпение – и сразу же вспомнил своего кратковременного попутчика со странным именем Ритм. «А я ведь даже не обернулся. Кажется…» Зачем-то повернул голову, словно мог увидеть в нефти съеденного пространства оставшегося в нигде добродушного толстяка. Ничего. Только легкое дуновение с той стороны, куда засасывало ступени.

Ветер напомнил о чем-то очень важном. «Зачем я здесь?» – в очередной раз подумал Человек. Дорожная сумка указывала на то, что это путешествие было не спонтанной прихотью, а подготовленным решением. Еще в мозгу смутно маячила мысль, что к этому имеет какое-то отношение Звезда. Или звёзды. Поди теперь, разберись. Единственное, что Человек помнил твердо, – это то, что приехал сюда из другого места, в котором прожил всю предыдущую жизнь. «Хорошо бы еще разобраться, куда это сюда» – мрачно резюмировал про себя путешественник. Все эти мысли настолько отвлекли его от окружающей реальности, что он не заметил, как лента эскалатора закончилась, а его ноги привычными движениями давно переступили через надвигающиеся металлические зубцы, похожие на машинку для стрижки. Он не заметил даже, что идет по ярко освещенному залу к стеклянным дверям, немного приоткрытым сильным потоком воздуха.

Сначала ему показалось, что шум раздается только внутри его головы. Но когда он об этом подумал, то мир обрушился на него свалкой криков, гудков, стуков и звонов. Свет бил в глаза, а коктейль из всех возможных на свете запахов залепил нос. Человек стоял на самой обыкновенной площади. Кутерьма мельтешащей вокруг него жизни постепенно стала распадаться на отдельные предметы, и первое, что он увидел широко раскрытыми глазами, было круглое, как силиконовая грудь, улыбающееся лицо Ритма. Это было невозможно, но Ритм лукаво улыбался прямо ему в глаза. Через мгновение Человек понял, что смотрит на огромный рекламный плакат на здании напротив. Сверху огромные буквы гласили: «Фирма грамзаписи «Ритмы и Звуки»». По нижней части плаката бежала рекламная строка: «Вы в самом расцвете сил, ваша жена молода, ваш ребенок юн, а Ритм и Звук … вечны!»

Человек смотрел на плакат не меньше десяти минут. Только сейчас он понял, кем были его случайные попутчики. Он бы ни за что не стал бы так пренебрежительно вести себя с ними, если бы понял, кто они на самом деле. «Но разве кто-то скрывал от тебя их имена и обозначенную сущность? Разве ты не понял, кто они?» - спросил внутренний голос. Внутренний голос был прав. «Впрочем, внутренний голос – это тоже я», - ухмыльнулся про себя Человек вторым внутренним голосом. Смешного в этом было мало, и он, сдвинув брови, наконец, оторвал глаза от плаката и осмотрелся. Вокруг него была площадь уже вечернего города. Только все почему-то смолкло. Вокруг было безлюдно и тихо. Ни гудков машин, ни скрипа тормозов, ни гомона прохожих. Не было видно даже ни одного голубя или кошки. И только рукава улиц разбегались с площади, как нити паутины от паука, сидящего в центре своих тенет. Человек решил, что свернет на третью по счету, и побежал.

Третья по счету улица была ничем не лучше остальных: безлюдие и беззвучие киселем бултыхались во всем доступном пространстве. Человек бежал, специально стараясь топать как можно громче, чтобы хоть эхо шагов создавало звуковое поле. В первом же переулке, как ему показалось, промелькнула тень. Он резко затормозил и повернулся на девяносто градусов. Никого. Но кто-то здесь только что был. «Призраки!» - мелькнула в голове догадка. Человек свернул в переулок и побежал навстречу перекрестку, который маячил вдалеке. Что-то ему подсказывало, – на этом перекрестке он обязательно кого-то встретит и тогда сразу поймет, зачем он здесь, что ищет, и как выглядит настоящая Звезда. Только вот кого? Внезапно появившийся ветер сложил шорох бумажного сора в отчетливые звуки: «С-с-лад-ка-я Эн-н-н…»

Человек стоял рядом со своей лежащей на асфальте дорожной сумкой и смотрел на танцующую девушку. Она сделала последний извивающийся оборот вокруг фонаря и соскочила на тротуар. Потом еще раз пристально посмотрела в глаза Человеку и побежала вдоль дороги туда, где огни фонарей сливались в одну сверкающую точку. Это… Это была Звезда. Человек поднял сумку, развернулся и пошел в противоположную сторону. Его лицо разрезал багровый полумесяц улыбки. Красные капли падали на асфальт, расцветая алыми розами, впечатанными в ночь. Он шел и улыбался. Ему самому все уже было понятно, но чтобы это стало понятно и остальному миру, Человек посмотрел вверх (туда, где видел когда-то одинокую звездочку) и произнес всего лишь одно слово: «Домой!»

Конец

Наверное, читать это безобразие лучше в распечатанном виде...